<------Кабинет Архиепископа

Из кабинета Архиепископа Мелисса вернулась в восхитительном настроении - девушка получила свою дозу адреналина и весьма успешно пустила ее на улучшение самочувствия. Она даже практически сумела уверить себя в том, что ей глубоко плевать на происходящее вокруг, на индифферентность Архиепископа и на кошмарную и непростительную мягкость сестры Марии.

-Ну, в конце концов, каждый занимается своей работой. Моя вот работа - уничтожать во имя Церкви, и я считаю, что с ней я справляюсь вполне сносно, - женщина обратилась к зеркалу, висящему в нише, сбоку от кровати. - Уж по крайней мере, жалоб на меня точно не поступало... А вообще, Мелисса, ты слишком много думаешь о том, что тебя мало касается. Вот к примеру, о том, что же о тебе подумал Архиепископ. Ты же сама, в принципе, знаешь, что тебе плевать, но, очевидно, для отчистки совести пытаешься потерзаться. А это глупо. Так что, возьми себя уже, наконец, в руки, - женщина, не раздеваясь, вытянулась на кровати и прикрыла глаза. Блаженная нега разлилась по всему телу, грозя перерасти в очередной затяжной сон и сорвать все благородные планы по разбиранию бумаг и чемоданов.

-Нет уж, - де Клар решительно встала на ноги. - Хватит спать. И вообще, я планировала осмотр местности - нужно же быть в курсе всего.

Женщина мельком глянула в окно, за которым расползался сырой майский вечер, с неприятным сильным ветром. В такую погоду добровольно выходить из теплого помещения никому не хотелось, да и вообще, было бы не слишком разумно идти гулять без сопровождения-охраны, но Мелисса придерживалась иного мнения. Она справедливо решила, что желающих напасть на беззащитную женщину не будет, ну а в крайнем случае...

При одной только мысли, что в случае чего, можно будет убить, хотя бы ради самозащиты, Мелиссе стало хорошо. С годами прошел некий дискомфорт, который присутствует, когда лишаешь кого-то жизни, зато, на его место пришло подлинное удовольствие, которое Мелисса не могла сравнить с другими удовольствиями, которые она испытывала. Запах крови дурманил ее так, словно бы она была бойцовской собакой, а статус Кардинала, борющегося с еретиками - в какой-то степени развязывал руки.

Ага, а чистые, серые глаза и грудь далеко не нулевого размера - обеспечивают некоторые послабления. Люди остаются людьми

-Очевидно, я буду выбирать не самые популярные места, - ухмыльнулась женщина, переодеваясь и облачаясь в старые, вытертые джинсы, свитер и накидывая сверху непромокаемую ветровку сумеречно-синего цвета. Эту невысокую женщину, в таком облачении и при таком скудном, а от того и выигрышном, освещении, вполне можно было бы принять за девочку-подростка, бегущую на свидание со своим принцем и его конем.

Подтянув шнурки высоких ботинок и, задыхаясь от чувства собственного достоинства и раздутого до невероятных размеров эго, Мелисса неслышно выскользнула из покоев, насвистывая какой-то бодрый мотивчик, хоть и абсолютно бессмысленный, но четко показывающий превосходное настроение.
Правда, спохватившись, де Клар вспомнила о своем положении, о своих годах и морщинах, и посвистывать перестала. Ну, по крайней мере, в здании замка.

----->Кабинет Кардинала

Отредактировано Мелисса де Клар (2009-11-19 06:01:48)

Тяга к эксперементам уже доводила меня до много и, однажды, чуть не сделала меня молодой женой. Надо бы завязывать с авантюрами, а то всякое может случиться. Вот сейчас, к примеру, я с трудом контролирую себя и единственное, чего я хочу - это заставить этого представителя нечисти задержаться у меня. Зачем? Понятия не имею, хочу и все. С другой стороны - я уже почти пришла в себя, правда, головокружение еще слегка мешает, но плевать бы я хотела на это, как и на многое другое.

Многие воют чтобы сделать так, как считают нужным для себя - они жаждут сделать из людей просто... скот
-Вот именно! - голос женщины уже набирал прежнюю силу и уверенность, эта тема снова заставила вспомнить свою юность, которую сложно было назвать счастливой. - Еда - не более. И, кстати, если этот подход еще как-то можно понять, то многие убивают и просто - из удовольствия. Для этой проблемы нет решения, таких представителей нужно просто выжигать, причем, показательно. Ты спрашиваешь о моих интересах в этой войне? Да, пожалуй, это стремление изничтожить до последнего каждую тварь, которая косвенно виновата в том, что я сейчас такая, какая есть, - Мелисса вспомнила свое свадебное платье, залитое кровью.

Неужели никто не понимает,что будь у меня выбор - я вряд ли занималась бы этим делом. Сидела бы дома, вышивала бы крестиком.... Ну, хотя, нет, о чем я. Монахи, помнится, пытались меня приучить к этому делу... Как-то не заладилось. Мне куда болше нравилось загонять иголки для вышивания под ногти куклам. Золотое время было...

Женщина не успела ничего возразить, как Маркус поднял ее на руки и унес в покои. У Кардинала от такого пропал дар речи - она вполне пришла в себя, разве что, еще ощущала усталость, но это уже было привычным состоянием. Когда она уже собралась возмутиться, Маркус уложил ее на кровать и снял обувь. Сначала де Клар глубоко вдохнула, чтобы выдать длинную очередь страшных кардинальских проклятий, но потом осознала всю нелепость ситуации - ее, гонителя еретиков, ненавистницу нечисти, укладывает в кровать представитель вампиров.

Она села в кровати, закрыла лицо руками, плечи ее затряслись - женщина смеялась, понимая, что расскажи она кому о сегодняшнем затянувшемся вечере, никто в это не поверит, либо посчитает прекрасным анекдотом. Ситуация была абсурдна до невозможности.

-Ты что, всерьез собрался сейчас за меня работать? - отсмеявшись, она подтянула к подбородку колени, чтобы было удобнее смотреть на вампира. - Господи, какое благородство. Тебе самому не смешно сейчас, нет? Ты вампир, который находится в лоне инквизиции, причем, о тебе знаю только я. Так вот представь, что сейчас сюда придет кто-нибудь из представителей инквизиции, откроет дверь, зайдет и увидит спящего Кардинала и работающего за него вампира.

Возмутит инквизицию не то, что за меня работал вампир, а то, что именно вампир работает. Думаю, рассказы об исправительном лагере для нечисти не пройдут.

-Так что, давай-ка эти глупости бросим и пойдем, прогуляемся - надеюсь, мы сможем спокойно выбраться отсюда.

Она встала с кровати и, на секунду, в глазах у нее потемнело - почетное донорство было не свойственно женщине, поэтому, закалки к единовременной потере такого количества крови ее организм не привык. Она машинально ухватилась за Маркуса, стараясь сохранить вертикальное положение в пространстве.

-Опора, - хмыкнула она, шагая к шкафу и надеясь, что сможет, все же, победить слабость.

Рукав ее свитера был немного запачкан кровью - очевидно, де Клар случайно стерла ее со столешницы после пореза. Ходить в одежде, измазанной кровь женщина просто ненавидела, наверное, это были издержки прошлого ,поэтому она решила переодеться, даже не заботясь о том, что в комнате она не одна.

В конце концов, он всего лишь раб Инквизиции, а это почти то же самое, что и мебель.

Она открыла шкаф и вытащила теплую водолазку и, стянув свитер, тщательно облачилась, обулась, а потом, пригладив волосы, повернулась к Маркусу:

-Идем.

Единственное чего я хочу, так это искупления грехов

Мелисса скептически фыркнула, стараясь удержаться от замечания, и ей это даже удалось. Она весьма смутно представляла себе перспективу искупления грехов, особенно, будучи на службе у Церкви. Ей всегда казалось, что убивая, весьма сложно заслужить прямую доставку на Небо, даже, если ты убиваешь ради Церкви. Потому что в ее представлении, Церковь и Вера существовали отдельно друг от друга и связывать их было бы весьма кощунственно. Каждый служитель Церкви имеет свои личные интересы, которые, согласно статистике, очень редко соответствуют заповедным интересам Бога, и, разумеется, никто из представителей Церкви не собирается отказываться от своих маленьких радостей.

Вот, к примеру, я. Я курю, я далеко не целомудренна, и мотивирую все свои убийства тем, что отчищаю мир от скверны, хотя, это объяснение можно назвать притянутым за уши. Однако же исход моей недолгой жизни будет очевиден и я к нему готова, потому что я, по крайней мере, отдаю отчет своим действиям и представляю их последствия.

- А если и придет? Вас, спящую, никто не заподозрит, а я просто уйду без лишних жертв.

-Есть такая штука - личным делом называется, - равнодушно сказала Мелисса. - Так вот мое личное дело, наверняка, на много раз просмотрели, при переводе сюда и уж поверь, оно не идеально. А иногда, сам знаешь, достаточно лишь повода для того, чтобы начать охоту на ведьм в своих рядах. Впрочем, максимум, который грозит и тебе и мне - физическая смерть, и, если задуматься - это не страшно. Ты вот, например, уже и так мертвый, - она посмотрела на него как на обыденную деталь интерьера, абсолютно игнорируя его холодный тон, хотя и понимая, что Маркус явно не доволен ее поведением.

Ну неужели он рассчитывал, что, расчувствовавшись, я бы мгновенно поменяла свое мнение и стала бы убеждать Инквизиторов в том, что нужно закончить войну? Как это глупо, просто невероятно. Я, пожалуй, буду последним человеком, который согласится на такой исход, хотя бы потому, что он  мне не выгоден.

- Я бы советовал Вам выспаться хорошенько, прежде чем куда-то выходить, а утром добавить в свое меню хороший кусок мяса, ну и, разумеется, сейчас - воздержаться от прогулки,

Мелисса копалась в одной из сумок, но, услышав эти слова, подняла голову, отвлекаясь от поисков. Она слегка сузила потемневшие глаза - резкая перемена в атмосфере покоев ей, разумеется, не понравилась, однако, через пару мгновений, женщина вновь вернулась к прерванному занятию:

-Я, кажется, не просила совета, - она, наконец-то, нашла то, что искала - ножны, хранящие простой, узкий нож, похожий на охотничий, но отлитый не из стали, а из серебра. Этот нож ей подарил настоятель монастыря, воспитавший ее. Этакий, прощальный подарок - настоятеля растерзали оборотни буквально через день после этого. - Можете быть свободны, - она снова перешла на сухой официальный тон, пристегивая к поясу ножны и заплетая волосы в косу, чтобы те не мешали.

Щщенок